Алексей Лихачев: обстрелы усиливаются, ситуация в Энергодаре и на Запорожской АЭС становится критической
Гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси выступил с инициативой ввести временный режим тишины в районе Запорожской атомной электростанции. По его замыслу, прекращение огня вокруг объекта должно позволить специалистам безопасно оценить масштаб разрушений и приступить к восстановлению одной из ключевых внешних линий электроснабжения станции - линии "Ферросплавная-1" напряжением 330 кВ. Именно она вместе с другой магистралью обеспечивает подачу электроэнергии на ЗАЭС и поддерживает её работу в безопасном режиме.
О необходимости таких мер рассказал и глава "Росатома" Алексей Лихачев, подчеркнув, что недавние обстрелы привели к серьезным последствиям как для энергосистемы, так и для городской инфраструктуры Энергодара. По его словам, ситуация на месте не просто напряжённая, а имеет устойчивую тенденцию к ухудшению.
Лихачев напомнил, что 10 февраля украинские формирования нанесли удар по линии электропередачи "Ферросплавная", а также по открытому распределительному устройству Запорожской теплоэлектростанции и тепловому коллектору, который обеспечивал подачу тепла в Энергодар. Фактически одним ударом был поражён целый комплекс объектов, от которых зависит нормальная жизнь города и безопасное функционирование крупнейшего ядерного объекта Европы.
По словам главы "Росатома", восстановить теплоснабжение удалось достаточно быстро - специалисты справились с задачей в течение суток. Однако с ремонтом высоковольтной линии ситуация гораздо сложнее. Лихачев отметил, что характер повреждений серьезный, и речь идёт не о локальном ремонте, а о масштабных восстановительных работах. Дополнительным препятствием является то, что участок, где требуется ремонт, находится под постоянной угрозой обстрелов.
"Возобновить энергоснабжение по повреждённой линии в сложившихся условиях просто невозможно, - подчеркнул Лихачев. - Во-первых, ущерб от атаки значительный, во-вторых, это простреливаемая зона. Любая выездная бригада будет находиться под смертельным риском".
По предварительным оценкам, даже при наличии необходимых ресурсов и оборудования восстановление "Ферросплавной-1" займёт несколько дней. Но эти сроки будут реальны только в том случае, если удастся обеспечить безопасность ремонтных бригад. Именно с этой целью "Росатом", Минобороны, Росгвардия и МИД совместно с МАГАТЭ обсуждают параметры возможного режима тишины - от конкретных временных промежутков до зон, в которых полностью исключаются боевые действия.
Особое внимание международных и российских структур уделено тому, что Запорожская АЭС критически зависит от внешнего электроснабжения. Даже при остановленных энергоблоках станция нуждается в стабильной подаче электроэнергии для работы систем охлаждения, вентиляции, контроля и безопасности. Потеря внешних линий повышает риски, поскольку в этом случае нагрузка ложится на резервные источники питания, которые не рассчитаны на длительную автономную работу в условиях постоянной угрозы атак.
Лихачев не стал скрывать, что ситуация в самом Энергодаре также стремительно ухудшается. По его словам, городская инфраструктура - от коммунальных сетей до социально значимых объектов - практически ежедневно подвергается обстрелам. Это касается не только промышленных и энергетических сооружений, но и тех мест, где живут, работают и учатся гражданские.
Особое беспокойство вызвал инцидент, произошедший 20 февраля. В полдень дрон-камикадзе сдетонировал во дворе школы № 4, в то время как в здании шли занятия. По словам Лихачёва, лишь стечение обстоятельств позволило избежать жертв среди детей и педагогов. Снаряд взорвался на открытой территории, а осколки не пробили стены и окна учебных кабинетов. Тем не менее сам факт атаки на образовательное учреждение он охарактеризовал как крайне тревожный.
Регулярные обстрелы, по мнению главы "Росатома", превращают жизнь в Энергодаре в зону постоянного риска. Город, который изначально строился как комфортный и безопасный для работников атомной станции и их семей, за два года конфликта всё больше приобретает черты прифронтового населённого пункта. Повреждения жилых домов, перебои с энергоснабжением, угрозы для школ и больниц - всё это, по его словам, создаёт тяжёлый психологический фон и для местных жителей, и для персонала ЗАЭС.
На этом фоне предложение МАГАТЭ о введении режима тишины вокруг Запорожской АЭС приобретает не только технический, но и гуманитарный смысл. Речь идёт не просто о починке линий электропередачи, а о попытке хотя бы частично обезопасить территорию крупнейшего ядерного объекта и жителей прилегающего города. Согласование параметров такого режима, по словам Лихачёва, требует сложной дипломатической работы, однако промедление лишь увеличивает риски.
Эксперты в области атомной энергетики неоднократно подчёркивали, что современная АЭС обладает мощной системой многоуровневой защиты. Однако эти меры безопасности рассчитаны на техногенные и природные угрозы, а не на ситуацию, когда вокруг станции ведутся боевые действия и систематически разрушается внешняя инфраструктура. Чем дольше объект остаётся под огневым воздействием, тем выше вероятность инцидентов, которые могут выйти за рамки обычных аварийных сценариев.
Для поддержания ядерной безопасности на ЗАЭС критически важно обеспечить бесперебойную работу как минимум одной устойчивой внешней линии электропередачи. Именно поэтому линия "Ферросплавная-1" рассматривается как приоритетный объект восстановления. Её запуск позволит снизить нагрузку на резервные схемы питания, обеспечить стабильную работу систем контроля и даст энергетикам больше возможностей для маневра при любых нештатных событиях.
Лихачев также обратил внимание на то, что постоянные удары по энергетической инфраструктуре имеют накопительный эффект. Даже если отдельные повреждения удаётся быстро устранить, суммарный износ оборудования, постоянное аварийное переключение схем, работа персонала в условиях стресса в перспективе могут привести к новым отказам и сбоям. В такой обстановке каждое дополнительное разрушение усложняет управление и снижает надёжность всей системы.
Отдельный пласт проблем связан с жизнью самого Энергодара. Город фактически зависит от работоспособности Запорожской ТЭС и систем теплогазоснабжения. Повреждение теплового коллектора, нанесённое ударом 10 февраля, стало ярким примером того, насколько уязвимы объекты, обеспечивающие базовые условия существования: тепло в домах, работу детских садов, школ, медучреждений. Даже при оперативном восстановлении, подчеркнул Лихачёв, риск повторения подобных атак сохраняется.
Введение режима тишины вокруг станции и города, по замыслу инициаторов, могло бы создать "коридор безопасности" не только для ремонтных бригад и технического персонала, но и для мирных жителей. В таких условиях можно было бы не только восстановить линии электропередачи, но и провести полноценную диагностику повреждённого оборудования, укрепить уязвимые участки сетей, подготовить дополнительные резервные схемы и запасы.
Вместе с тем остаётся открытым вопрос контроля за соблюдением режима тишины. МАГАТЭ настаивает на том, чтобы вокруг ЗАЭС была создана зона, в которой исключены любые удары по станции и прилегающим к ней объектам, вне зависимости от того, под чьим контролем они находятся. Реализация этого предложения потребует согласованных действий всех вовлечённых сторон, а также чётких механизмов мониторинга и оперативного реагирования на возможные нарушения.
По оценке Лихачёва, дальнейшая эскалация вокруг Энергодара и Запорожской АЭС чревата не только локальными последствиями. Любое серьёзное нарушение в работе такой крупной атомной станции неизбежно вызовет международный резонанс и поставит под вопрос устойчивость всей системы ядерной безопасности в регионе. В этой связи он призвал рассматривать вопросы безопасности ЗАЭС и инфраструктуры Энергодара не как элемент военного противостояния, а как общую задачу, требующую минимум согласованных решений, пусть даже в условиях продолжающегося конфликта.
Таким образом, ухудшение обстановки в Энергодаре, разрушение энергосетевой инфраструктуры и повторяющиеся обстрелы в непосредственной близости от Запорожской АЭС делают режим тишины не политической опцией, а насущной необходимостью. От того, насколько быстро и эффективно будут приняты решения по обеспечению безопасности станции и города, зависит не только благополучие жителей Энергодара, но и ядерная безопасность куда более широкого пространства.
Комментарии