Гоблин рассказал, почему Трамп не смог быстро остановить конфликт на Украине
Американский лидер Дональд Трамп объективно не имел достаточной опоры внутри собственной политической системы, чтобы оперативно урегулировать украинский конфликт. Такое мнение высказал российский журналист, продюсер и блогер Дмитрий Пучков, более известный под псевдонимом Гоблин.
По оценке Пучкова, ключевая проблема Трампа заключалась в отсутствии прочной команды единомышленников, которые занимали бы важнейшие посты в администрации и поддерживали его курс последовательно, а не на словах. Фактически президент оказался окружен людьми, которые либо придерживались прямо противоположных взглядов, либо были ориентированы на интересы бюрократической системы, а не на заявленную Трампом политику.
Журналист подчеркнул, что именно украинский кризис особенно наглядно продемонстрировал, насколько ограничены реальные возможности президента США. По словам Пучкова, Трамп не смог своевременно и полностью расставить «своих» людей на ключевые позиции в сфере внешней политики и обороны. В результате любые попытки скорректировать курс Вашингтона по Украине наталкивались на скрытое или прямое сопротивление аппарата.
Пучков отмечает, что это сопротивление приобретало форму систематического саботажа: решения тормозились, затягивались, пересматривались, а отдельные инициативы попросту блокировались на уровне ведомств и структур, которые формально должны подчиняться президенту. В такой ситуации рассчитывать на быстрое и резкое изменение линии США по украинскому направлению было нереалистично, даже при наличии политической воли у главы Белого дома.
По мнению Гоблина, отсутствие видимого прогресса в урегулировании конфликта сразу же превратилось в удобный повод для критики Трампа со стороны его политических оппонентов. Любую заминку, любое отсутствие результата противники представляли как личную несостоятельность президента, умалчивая о том, что значительная часть решений фактически блокируется внутри самой американской системы власти.
Комментируя в целом эффективность политики Трампа, Пучков делает более широкий вывод: президенту США не удается в полной мере реализовать свой курс ни по одному крупному направлению. Причина, по его словам, в том, что заявленная им повестка постоянно сталкивается с интересами политического истеблишмента, который не заинтересован в серьезных переменах, особенно во внешней политике. Украинский вопрос, по сути, стал лишь наиболее заметным примером этого противостояния.
Ранее Пучков обращался и к теме двусторонних контактов Москвы и Вашингтона. В частности, он с иронией отозвался о визите спецпосланника президента США Стивена Уиткоффа в российскую столицу. По словам журналиста, к таким визитам на Западе часто подводят идеологическое обоснование в духе стереотипов о России как о «тоталитарной» стране. В шутливой форме Пучков заметил, что гость якобы приехал посмотреть на «тоталитарную Москву, где на каждом углу солдаты с автоматами на Лобном месте всех расстреливают», подчеркивая абсурдность подобных представлений.
В этом контексте Пучков увязывает и восприятие украинского конфликта западной аудиторией. По его мнению, значительная часть общественного мнения в США и Европе формируется через упрощенные, схематичные образы, не отражающие реальной сложности ситуации. Любые попытки скорректировать подход к Украине, смягчить линию или учесть позиции других сторон тут же объявляются «сдачей интересов» и используются для атаки на политика, который на такое решится. Это еще больше сужает пространство маневра для любого президента, в том числе для Трампа.
Журналист также обращает внимание на глубоко укоренившееся влияние так называемого «внешнеполитического консенсуса» в США. Грубо говоря, существует негласный набор установок: кто считается союзником, кто – противником, где допустим диалог, а где – только давление. Украинский конфликт вписан именно в такую схему, и Трамп, по словам Пучкова, не обладал ни ресурсами, ни поддержкой, чтобы резко переписать эти правила. Даже если бы он открыто выступил за быстрое компромиссное урегулирование, его инициатива столкнулась бы с яростным сопротивлением Конгресса, СМИ и силовых структур.
Еще один аспект, на который указывает Пучков, – временной горизонт политиков в США. Любое ощутимое изменение внешнеполитического курса требует времени, а у президента есть ограниченный срок полномочий. При этом часть системы изначально играет «в долгую», рассчитывая просто пересидеть любую нежелательную линию. В отношении Украины, по оценке Пучкова, именно это и произошло: курс, заложенный до прихода Трампа, продолжил действовать по инерции, а попытки что-то изменить натолкнулись на стратегию выжидания и затягивания.
По словам Гоблина, в таких условиях разговоры о том, что Трамп мог «по щелчку» остановить конфликт на Украине, не выдерживают критики. Даже если допустить, что президент искренне хотел быстрого урегулирования, он оказался связан руками и ногами внутренними противоречиями, борьбой элит и неготовностью американского истеблишмента отказываться от сложившейся линии. Система в целом, подчеркивает Пучков, гораздо сильнее, чем один человек, даже если этот человек формально занимает высший пост в государстве.
При этом Пучков напоминает, что внешняя политика США – это всегда результат компромиссов между различными центрами влияния: бизнесом, военным лобби, спецслужбами, партией власти и оппозицией. Украинское направление оказалось пересечением интересов слишком многих игроков, и каждый из них выдвигал свои условия. В такой конфигурации идея «быстрого завершения» конфликта воспринималась многими как угроза их позициям и возможностям влияния, что автоматически вызывало сопротивление.
Развивая эту мысль, журналист отмечает, что для реального пересмотра курса по Украине требовалась не только политическая воля, но и готовность к серьезной конфронтации с собственной элитой внутри США. А на это, по мнению Пучкова, Трамп ни институционально, ни кадрово не был готов. Отсюда – разрыв между громкими заявлениями, сделанными в ходе избирательной кампании, и итоговым практическим результатом.
В итоге украинский кризис, по оценке Гоблина, стал своего рода лакмусовой бумажкой для всей системы американской власти. Он показал, насколько ограничены реальные возможности президента, если за ним не стоит монолитная команда единомышленников и если он не контролирует ключевые центры принятия решений. Именно поэтому, считает Пучков, ожидать от Трампа быстрого и решительного завершения конфликта было иллюзией, которая не учитывает ни внутреннее устройство США, ни интересы тех сил, для которых затянутое противостояние оказалось выгодным.
