"Играю в бабочке с дедушкиным автопортретом": шесть вопросов знатоку "Что? Где? Когда?"
В Российском федеральном ядерном центре в Сарове работает много людей, которые по праву считаются профессионалами высочайшего уровня. Но у одного из них слово "знаток" - не только фигура речи. Научный сотрудник Никита Баринов с 2013 года неизменно входит в команду "Росатома" в элитарном клубе "Что? Где? Когда?" и параллельно развивает движение интеллектуальных игр в самом Сарове. Мы поговорили с ним в формате, к которому он привык, - шесть вопросов.
---
- Какие эпизоды из 80-летней истории ядерного центра в Сарове вы бы назвали ключевыми - и почему?
- Прежде всего - создание самого центра и разработка первого ядерного заряда. Поражает даже не технический результат, а контекст. Страна только что пережила войну, экономика лежала в руинах, ресурсов не хватало буквально на всё. Тем не менее руководство нашло возможность выделить средства и людей, а самое главное - сумело организовать работу так, что за три-четыре года был создан и испытан ядерный заряд.
Параллельно, буквально "с нуля", строился город на месте небольшого поселка. Сейчас мы привычно воспринимаем Саров как устоявшийся научный центр с развитой инфраструктурой, но тогда ничего этого не было. Ни современных технологий строительства, ни накопленного опыта проектирования атомного оружия, ни сложившихся научных школ. Всё создавалось одновременно: и промышленность, и наука, и городская среда.
Меня в этой истории поражает масштаб доверия, которое государство оказало молодым инженерам и ученым. Многие ключевые фигуры проекта были очень молоды по нынешним меркам, но именно на них опиралась страна, когда делала один из главных рывков в своей истории. Это, пожалуй, тот пример, к которому имеет смысл возвращаться и сегодня, когда речь заходит о больших технологических задачах.
---
- Вы родились в Павловском Посаде, учились в МГТУ им. Баумана. Как оказались в Сарове и почему до сих пор здесь? Не тянет обратно в столицу?
- Если отвечать с иронией, меня привела сюда лыжероллерная трасса. В каждой шутке, как известно, есть доля правды. Я приехал в Саров на производственную практику, узнал, что тут есть освещенная роллерная трасса - для человека, который много лет занимается беговыми лыжами, это оказалось очень весомым аргументом.
Но, конечно, дело не только в спорте. С детства меня интересовала оборонная тематика, я сознательно шел в "оборонку". Когда появилась возможность работать в таком легендарном месте, как ядерный центр, отказаться было бы странно. Плюс мне реально понравился город: ухоженный, компактный, зеленый, без ощущения бесконечного мегаполиса. Здесь можно сесть на велосипед и за полчаса доехать практически куда угодно - для меня это важная часть качества жизни.
Москва тем временем живет по своим законам: расстояния огромные, время утекает в пробках и пересадках. Я люблю приезжать туда по делам или на соревнования, но жить постоянно в таком ритме не хочется. Впрочем, сейчас я рассматриваю предложение из другого атомграда. Там нужен специалист с моим опытом, и мотивация уже не столько городская, сколько профессиональная: интересно расти и пробовать новое.
---
- Что вам особенно нравится в Сарове - и что, наоборот, раздражает?
- Один из главных для меня местных символов - лыжная база. Сейчас я больше бегаю, чем хожу на лыжах, но именно на этой трассе когда-то намотал сотни кругов. Там прошло огромное количество зим, стартов, тренировок, знакомых лиц. Она во многом сформировала меня как спортсмена и как человека, который привык к систематическому труду.
Очень ценю городскую зелень. Сосны в центре города - это роскошь, которой не так много где встретишь. Но именно здесь и возникает то, что меня расстраивает: у части жителей есть странное стремление всё спилить, заасфальтировать и заставить машинами. Логика понятна - всем нужны парковочные места. Но когда видишь, как ради этого исчезают живые деревья, становится грустно.
Есть и более приземленные бытовые раздражители. Зимняя уборка снега - одна из них. Этой зимой осадков действительно было рекордно много, но когда смотришь на соседние города или даже деревни, где дороги в куда более приличном состоянии, невольно задаешься вопросами. Саров привыкли считать высокотехнологичным, но в таких простых вещах иногда видно, что технологичность не всегда доходит до городского хозяйства.
---
- Вас часто называют "тем самым парнем, который бегает". Какой у вас личный рекорд в марафоне? Чем живет спортивная жизнь Сарова? И есть ли что‑то общее между подготовкой к забегу и к игре "Что? Где? Когда?"?
- История с прозвищем забавная. Лет десять назад в селе Выездном под Арзамасом проходил фестиваль ГТО. Я уже регулярно играл в "Что? Где? Когда?", иногда меня узнавали именно как знатока. И вот ко мне подходит мужчина - я внутренне готовлюсь к вопросу про телеигру, а он говорит: "Я тебя знаю. Ты парень, который бегает".
Все объяснилось просто: мой дед живет в селе Водоватове, недалеко от этих мест. Я часто бываю у него и тренируюсь - бегаю вдоль дороги по обочине. Там бегун - редкое зрелище, поэтому запомниться было несложно. Позже, на Московском марафоне, мне кричали: "Вперед, Арзамас!", хотя на майке у меня было написано "Sarov run". Значит, человек не просто прочитал надпись, а реально знал, кто я и где обычно тренируюсь.
Мой лучший результат в марафоне - 2 часа 40 минут 20 секунд, показанный на Московском марафоне 2024 года. На следующем старте в столице мне очень хотелось его улучшить, но не сложилось: что-то не пошло по самочувствию и по погоде. В марафоне вообще много тонкостей - от питания до психологии, и одна мелочь может выбить из ритма.
В спорт меня привел дедушка, Юрий Федоренков. По профессии он был учителем рисования и профессиональным художником, но всегда трепетно относился к физической активности. На лыжах он ходил до 85 лет. Сначала просто брал меня с собой в лес, потом отвел в секцию, и вот уже почти четверть века я регулярно бегаю и летом, и зимой.
Что касается спортивной жизни Сарова, то ситуация противоречива. Соревнований много: есть забеги, лыжные старты, трейлы, триатлон. По количеству стартов город точно не в дефиците. Но новых людей в любительском спорте немного. Среди бегунов и лыжников я до сих пор вижу в основном тех же людей, с которыми начинал тренироваться лет пятнадцать назад. Почему так - однозначного ответа у меня нет.
При этом на массовых стартах в Москве или Казани с каждым годом все больше участников, целые волны новичков. Возможно, там лучше выстроена система вовлечения - от корпоративных команд до городских программ, а у нас не хватает именно этого "первого шага", когда человеку помогают не просто выйти на пробежку, а почувствовать себя частью сообщества.
Общего между подготовкой к интеллектуальным и спортивным соревнованиям, на мой взгляд, больше, чем кажется. И там и там важны системность, умение держать концентрацию и работать на длинной дистанции. В марафоне нельзя выложиться на первых десяти километрах, а в игре нельзя "сгореть" на одном-двух неугаданных вопросах и перестать думать дальше. И там, и там нужна холодная голова при разогретом организме.
---
- А как обстоят дела с интеллектуальными играми в Сарове? И почему вы по-прежнему выбираете "Что? Где? Когда?", а не более модные квизы?
- С интеллектуальными играми картина во многом похожа на спорт. Есть ядро людей, которые играют давно, а вот притока новичков не так много, как хотелось бы. При этом альтернативных форматов стало гораздо больше. Квизы - это действительно массово, доступно, часто с хорошим юмором и атмосферой. Всё это прекрасно и живет своей отдельной жизнью.
Но мне ближе классическое "Что? Где? Когда?" и игры того же уровня - "Брейн-ринг", "Своя игра", спортивные "что-где-когдашные" турниры. Они требуют не только эрудиции, но и умения выстраивать логическую цепочку от условия вопроса до ответа, искать в формулировке подсказки, договариваться внутри команды. Это своего рода интеллектуальный спорт в чистом виде.
В Сарове мы стараемся поддерживать и развивать именно эту культуру. Проводим турниры, собираем команды из молодых специалистов, объясняем, что "играть в знатоков" - это не только про телевизор и бабочки. Это отличный способ тренировать мышление, работать с информацией и развивать навык принимать решения в условиях ограниченного времени.
Можно сказать, что у нас сейчас переходный период. Часть людей ушла в более легкий, развлекательный формат квизов, часть продолжает играть в "Что? Где? Когда?", кто-то совмещает оба направления. Я бы хотел, чтобы в городе укрепилась идея: интеллектуальные игры - это не элитарное занятие для избранных, а открытая площадка, где может проявить себя любой, кого тянет к нестандартным задачам.
---
- Как участие в телевизионном клубе влияет на вас как на ученого и инженера? Есть ли от этого реальная польза в работе?
- Есть, и довольно ощутимая. Работа в наукоемкой сфере - это постоянное решение задач, в которых нет готовых шаблонов. "Что? Где? Когда?" учит не паниковать, когда ты не знаешь ответа сразу, а спокойно разбирать ситуацию на части, искать ассоциации, строить гипотезы. Этот навык удивительно хорошо переносится на научные и инженерные задачи.
Еще один важный момент - командность. В телевизионной игре команда - это не просто шесть человек за столом, а слаженный механизм, где каждый понимает свои сильные стороны и слабости партнеров. В научных проектах все очень похоже: важна правильная расстановка ролей, доверие и умение слушать друг друга. И когда ты привык к такому взаимодействию в игре, в рабочем проекте действуешь намного эффективнее.
И, конечно, публичность накладывает определенную ответственность. Когда люди знают тебя как знатока, ждут от тебя определенного уровня компетентности и в других областях. Это стимулирует постоянно учиться, не позволять себе "застаиваться" в том, что уже умеешь.
---
- И все-таки, почему вы ходите в студию в бабочке с дедушкиным автопортретом? Это случайный аксессуар или осознанный жест?
- Для меня это абсолютно осознанный жест и, можно сказать, семейная традиция в новой форме. Дедушка - художник, человек, который всю жизнь сочетал творчество и любовь к спорту. В какой-то момент я увидел его автопортрет и понял, что хочу, чтобы он был со мной в важные моменты жизни - в том числе за игровым столом.
Мы сделали бабочку с изображением этого автопортрета - и теперь это мой личный талисман. С одной стороны, он напоминает о корнях, о человеке, который очень многое для меня сделал: привел в спорт, научил дисциплине и одновременно бережному отношению к красоте вокруг. С другой - это мой маленький "мостик" между художественным, гуманитарным миром и строгим миром науки и технологий.
Когда надеваю эту бабочку, я всегда помню, что за моей спиной не только личный опыт и знания, но и целая история семьи. Возможно, именно это чувство и помогает сохранять спокойствие под прицелом камер и вниманием миллионов зрителей.
---
- Если бы вам предложили выбрать только одно занятие - наука, спорт или "Что? Где? Когда?" - что бы вы выбрали?
- Хорошо, что в реальной жизни делать такой выбор не нужно. Но если гипотетически, я бы все равно оставил науку. Потому что и спорт, и интеллектуальные игры для меня во многом вырастают из стремления разбираться в сложных вещах и двигать границы возможного. Наука - это фундамент, а все остальное - естественное продолжение.
При этом я совершенно точно знаю: без спорта и без "Что? Где? Когда?" я был бы другим человеком и, возможно, менее эффективным специалистом. Бег учит терпению и умению работать на результат, который будет через месяцы, а то и годы. Интеллектуальные игры - гибкости мышления и командной работе. Вместе они делают любую научную задачу не только профессиональным вызовом, но и своеобразной партией в большую игру, которая никогда не надоедает.
