Конфликт с Украиной к февралю 2026 года: усталость от новостей, высокая поддержка армии и растущий запрос на переговоры
В феврале 2026 года интерес россиян к событиям вокруг Украины достиг минимальных значений за всё время наблюдений. Следят за происходящим суммарно 44% опрошенных (на 15 процентных пунктов меньше, чем в мае 2025 года). Из них лишь 14% признаются, что "очень внимательно" отслеживают новости, ещё 30% - что делают это "довольно внимательно". Треть респондентов (35%) интересуется ситуацией поверхностно, а 21% вовсе не обращает на неё внимания.
Наибольшее внимание продолжают проявлять мужчины (50%), люди старших возрастов - 55 лет и старше (61%), жители малых городов с населением до 100 тысяч человек (48%). Чаще следят за новостями те, кто считает, что в стране "дела идут в правильном направлении" (51%), одобряет деятельность президента (46%) и в основном получает информацию с телевидения (51%).
Сниженную вовлечённость демонстрируют женщины (39%), молодёжь до 25 лет (лишь 20%), жители сёл (38%), а также те, кто убеждён, что страна движется по неверному пути (33%) и не одобряет действия президента (36%). Менее активно интересуются новостями и те, кто ориентируется на социальные сети как основной источник информации (38%). На этом фоне заметно, что информационная повестка по теме конфликта постепенно отходит для многих россиян на второй план, уступая место повседневным и социально-экономическим проблемам.
Несмотря на снижение интереса к самой теме, поддержка действий российских вооружённых сил в Украине остаётся высокой. В феврале 2026 года её выражают 72% опрошенных. Из них 40% заявляют, что "определённо" поддерживают действия армии, ещё 32% склоняются к позиции "скорее поддерживаю". Не согласны с происходящим 17% респондентов (8% - "определённо не поддерживаю", 9% - "скорее не поддерживаю").
Уровень одобрения действий армии заметно различается в разных социально-демографических группах. Среди мужчин поддержку выражают 76%, среди людей старшего возраста (55+) - 78%. Схожие показатели фиксируются у более обеспеченных россиян, которые могут позволить себе товары длительного пользования (75%), а также среди жителей Москвы (76%). Особенно высока поддержка среди тех, кто убеждён, что страна движется в правильном направлении (83%), одобряет деятельность президента (80%) и ориентируется на телевизионные каналы как основной источник информации (80%).
Ниже поддержка среди женщин (68%) и молодёжи до 25 лет (57%). Более сдержанно оценивают действия армии и менее обеспеченные граждане - среди тех, кому едва хватает на продукты питания, одобрение выражают 70%. В сельской местности уровень поддержки составляет 69%. Особенно заметен разрыв среди тех, кто критически относится к курсу страны: среди считающих, что дела идут по неверному пути, армию поддерживают лишь 47%, а среди не одобряющих деятельность президента - 37%. Более низкий уровень поддержки фиксируется и среди тех, кто в качестве источников информации чаще выбирает ютуб‑каналы (61%).
На фоне затянувшегося конфликта всё более заметно смещение общественных настроений в сторону идеи переговоров. Две трети россиян (67%) в феврале 2026 года считают, что сейчас следует переходить к мирным переговорам. По сравнению с предыдущим месяцем доля сторонников диалога выросла на 6 процентных пунктов и достигла максимума за всё время наблюдений. Одновременно вновь сократилась доля тех, кто выступает за продолжение военных действий: их осталось 24%, что является минимальным значением за весь период измерений.
Запрос на переговоры выражен сильнее всего среди женщин (73%) и молодых людей до 25 лет (79%). Выше среднего он и среди респондентов со средним и более низким уровнем образования (73%), а также среди менее обеспеченных: у тех, кому едва хватает на еду, за переговоры выступают 69%, у тех, кому с трудом хватает на одежду, - 71%. Чаще о необходимости мирного процесса говорят жители сёл (70%), граждане, считающие, что страна движется по неверному пути (79%), и те, кто не одобряет деятельность президента (также 79%). Среди людей, ориентирующихся в основном на социальные сети, сторонников переговоров 71%.
Иная картина наблюдается среди тех, кто настаивает на продолжении военных действий. Эта позиция чаще встречается у мужчин (31%) и представителей старших возрастных групп - 55 лет и старше (31%). Относительно выше доля "ястребов" среди людей с высшим и профессиональным образованием (27% и 26% соответственно), а также среди более обеспеченных респондентов, имеющих возможность покупать дорогие товары (27%). Жители Москвы демонстрируют наибольшую концентрацию сторонников дальнейшего ведения боевых действий - 42%. Эту же позицию чаще разделяют те, кто считает, что страна развивается в правильном направлении (29%), одобряет деятельность президента (26%) и ориентируется преимущественно на традиционные медиа и крупные интернет‑ресурсы.
Отдельный блок опроса посвящён оценке ударов по энергетической инфраструктуре Украины. Чуть более половины россиян считают такие действия "скорее оправданными". Каждый пятый респондент, напротив, полагает, что удары по объектам энергетики "скорее недопустимы". Таким образом, общество в целом склоняется к поддержке подобных действий, но сохраняется заметный сегмент тех, кто относится к ним резко отрицательно.
Сторонники ударов по энергетической инфраструктуре, как правило, объясняют свою позицию несколькими ключевыми аргументами. Во‑первых, они подчёркивают ответный характер действий, указывая, что подобные удары рассматриваются как реакция на атаки с украинской стороны. Во‑вторых, акцент делается на военном значении энергетических объектов: считается, что разрушение инфраструктуры ослабляет обороноспособность, затрудняет работу армии и оборонной промышленности, нарушает логистику и управление. В‑третьих, часть респондентов уверена, что давление на энергетическую систему может подтолкнуть украинское руководство к согласию на переговоры и поиску компромисса.
Противники ударов по энергетике в первую очередь говорят о гуманитарных последствиях. В качестве главного аргумента они называют гибель мирного населения и рост страданий обычных людей, которые не принимают непосредственного участия в боевых действиях. Люди опасаются, что без света и тепла остаются не только жилые дома, но и социальные учреждения: больницы, школы, детские сады, объекты жизнеобеспечения. Для многих критиков подобная тактика представляется нарушением моральных и гуманитарных норм, что приводит к ощущению несправедливости и усиливает внутренний дискомфорт по отношению к происходящему.
В общественных оценках всё более явно проявляется усталость от конфликта. С одной стороны, значительная часть населения продолжает поддерживать действия армии и воспринимать их как вынужденную меру. С другой - растёт запрос на снижение интенсивности боевых действий и поиск путей к мирному урегулированию. Показательно, что даже среди тех, кто в целом поддерживает руководство и курс страны, всё чаще звучит идея необходимости переговоров, пусть и на "жёстких" условиях.
На настроения россиян заметно влияет источник информации. Те, кто полагается в основном на телевидение и традиционные медиа, чаще демонстрируют высокую поддержку армии и большую готовность оправдывать удары по критической инфраструктуре. Среди аудитории, ориентирующейся на социальные сети и ютуб‑каналы, картина более неоднородна: здесь ниже общий уровень одобрения военных действий, выше доля сторонников переговоров и критиков ударов по энергетике. Это говорит о формировании разных информационных картин мира и о том, что позиция людей тесно связана с тем, в каких медиасредах они живут.
Социально-экономический статус также становится важным фактором. Более обеспеченные граждане заметно чаще выступают за продолжение военных действий и в целом демонстрируют высокий уровень лояльности к официальному курсу. Для людей с низкими доходами, напротив, сильнее звучит тема усталости, экономических трудностей и необходимости как можно скорее перейти к переговорам, чтобы остановить рост напряжения и неопределённости. Для этой группы последствия конфликта - рост цен, снижение качества жизни, страх за будущее - ощущаются особенно остро.
Гендерные и возрастные различия подчёркивают ещё один аспект общественного мнения. Женщины, как правило, более чувствительны к гуманитарным последствиям, чаще обращают внимание на судьбы мирных жителей, влияние войны на семьи и детей, перспективы социальной сферы. Молодёжь - на риски для собственного будущего, ограничение возможностей, международную изоляцию и технологическое отставание. Старшие возрастные группы, пережившие смену эпох и кризисные 1990-е, в большей степени склонны поддерживать силовой курс, воспринимая его через призму стабильности и безопасности государства.
В целом данные опроса рисуют сложную и противоречивую картину: высокая поддержка армии сочетается с рекордным запросом на переговоры и всё более заметной эмоциональной дистанцией от ежедневной повестки конфликта. Общество постепенно привыкает к затяжному характеру происходящего, но одновременно всё отчётливее ожидает определённости - либо в виде понятных военных целей, либо в виде перехода к политическому диалогу и поиску компромисса. На этом фоне вопрос о допустимости ударов по энергетической инфраструктуре становится не только военным, но и морально-политическим маркером, по которому раскалывается общественное мнение и формируются различные группы внутри российского общества.
