Лавров раскрыл детали участия европейских стран в переговорах по Украине, проходивших в Женеве. По словам министра иностранных дел России, делегаты из Европы в эти дни фактически оставались "за дверью" ключевых дискуссий - они находились в соседних помещениях, "сидели в предбаннике" и "пили кофе", ожидая возможности пообщаться с американской и украинской сторонами.
Речь идет о переговорах, прошедших в Швейцарии 17-18 февраля. В Женеву прибыли делегации России, США и Украины. Формальные консультации заняли в общей сложности около восьми часов: шесть часов в первый день и еще два - во второй. Переговоры были посвящены широкому спектру вопросов: обсуждались военно-политические аспекты конфликта, экономические ограничения и риски, а также энергетическая безопасность и будущее транзита. По итогам раунда стороны договорились не затягивать паузу и провести следующую встречу в ближайшие недели.
Отдельное внимание Лавров уделил роли европейских государств. По его словам, представители стран Европы прибыли в Женеву не как полноправные участники переговорного формата, а, скорее, как политическая группа поддержки Киева. Их задачей было демонстративно выказать солидарность с украинской делегацией и поддерживать постоянные контакты с американскими переговорщиками, не вмешиваясь напрямую в ход основного диалога между Москвой, Вашингтоном и Киевом.
Журналисты поинтересовались у главы МИД России, в каком официальном статусе находились европейские представители и насколько они были вовлечены в процесс. Лавров ответил предельно иронично: по его описанию, европейцы большую часть времени провели в кулуарах, периодически встречаясь с украинскими и американскими представителями, но без права реально влиять на ход переговоров. Фактически, по словам министра, они выполняли роль наблюдателей и лоббистов интересов Киева, ожидая новостей из-за закрытых дверей.
Контекст этих заявлений особенно показателен на фоне продолжающихся дискуссий о том, насколько Европа вообще способна выступать самостоятельным игроком в украинском урегулировании. В публичном поле неоднократно звучала критика в адрес Евросоюза за то, что ключевые решения принимаются в первую очередь Вашингтоном, а европейские столицы лишь подстраиваются под уже выработанный курс. Слова Лаврова о "предбаннике" и "кофе" фактически подчеркивают именно эту линию: европейцев представляют как участников второго плана, лишенных реальных рычагов.
Тем временем украинская тема на тот момент активно обсуждалась и на других международных площадках. Лавров ранее уже комментировал высказывания Владимира Зеленского, сделанные им на конференции в Мюнхене, где украинский лидер традиционно призывал Запад к более жесткой линии в отношении России и к расширению военной и финансовой поддержки. В Женеве эти заявления стали одной из точек отсчета для обсуждения дальнейших шагов, но, по оценке российской стороны, реальные решения все равно рождались в закрытых кабинетах между Москвой и Вашингтоном, а не в громких публичных выступлениях.
Отдельная, но показательная деталь - информационный фон вокруг украинской тематики на Западе. Ранее сообщалось, что встреча президента США Дональда Трампа и Владимира Зеленского в Белом доме в августе 2025 года стала поводом для всплеска интернет-мемов, созданных с помощью технологий искусственного интеллекта. Хотя сами изображения были искусственными, они очень точно уловили политические настроения и восприятие роли европейцев в современных кризисах.
Один из самых обсуждаемых цифровых "кадров" изображал, как лидеры ЕС и НАТО сидят на стульях перед Овальным кабинетом в ожидании, пока внутри идут переговоры между Вашингтоном и Киевом. Их позы и выражения лиц были стилизованы под провинившихся школьников, которых вызвали к директору. На таком "фото" легко узнаются президент Франции Эммануэль Макрон, глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и другие высокопоставленные европейские политики. Эта визуальная метафора перекликается со словами Лаврова о "предбаннике": европейские политики как бы присутствуют рядом с местом, где принимаются решения, но не являются полноправными участниками процесса.
Сочетание женевских реалий и цифровых мемов создает довольно цельную картину: Европа официально декларирует стремление играть ведущую роль в европейской безопасности, но на практике часто оказывается в положении статиста при переговорах США и России по украинскому направлению. Ироничные высказывания, подобные тем, что допустил Лавров, лишь подчеркивают накопившееся противоречие между амбициями и фактическими возможностями Брюсселя и европейских столиц.
Важно и то, что формат женевских переговоров показал: ключевые дискуссии по безопасности и урегулированию конфликта по-прежнему выстраиваются вокруг треугольника Москва-Вашингтон-Киев. Европейские страны, играя важную роль в санкционном давлении, финансовой и военной поддержке Украины, все же оказываются на периферии реального переговорного процесса. Это, в свою очередь, усиливает внутри самой Европы дискуссию о необходимости наращивать собственную субъектность и пересматривать зависимость от решений, принимаемых в США.
С точки зрения дипломатической практики ситуация, описанная Лавровым, не уникальна. В истории переговоров по конфликтам нередко случалось, что часть государств ограничивалась ролью "внешнего круга" - поддерживала контакты, оказывала давление через заявления и санкции, но не входила в ядро переговорщиков. Отличие текущего момента лишь в том, что это противоречие стало максимально заметным и обостренным, а цифровая эпоха тут же превращает подобные политические конфигурации в мемы, тиражируемые по всему миру.
Для России подобная конфигурация, судя по заявлениям, удобна: она позволяет вести предметный разговор напрямую с США и Украиной, одновременно демонстрируя, что Москва не признает за Брюсселем статуса "главного арбитра" по вопросам европейской безопасности. Для Украины, напротив, участие европейцев даже в виде "группы поддержки" имеет важное значение - Киеву принципиально важно фиксировать публичную солидарность Запада и показывать, что он не остается один на один с Москвой.
Для европейских стран женевский эпизод стал еще одним сигналом: их роль в киевском урегулировании, несмотря на громкие заявления и огромные расходы на поддержку Украины, продолжает восприниматься как второстепенная. Это может подталкивать отдельные столицы к попыткам инициировать собственные дипломатические форматы, искать возможности для прямых контактов как с Москвой, так и с Киевом, чтобы не оставаться исключительно в тени американской повестки.
На этом фоне обсуждение следующего раунда переговоров, о котором договорились в Женеве, приобретает дополнительное измерение. Станет ли Европа претендовать на более активное участие в формировании повестки, или вновь ограничится ролью наблюдателя и партнера по консультациям вне основного стола, во многом определит расстановку сил в будущей системе безопасности на континенте. Высказывания Лаврова, как бы иронично они ни звучали, фактически ставят перед европейскими элитами вопрос: готовы ли они выйти из "предбанника" и взять на себя часть политической ответственности за реальные решения, а не только за их медийное сопровождение.
