Россияне по-прежнему входят в новый год с преобладающим ощущением надежды. Опросы показывают: представления о будущем почти не меняются уже несколько лет подряд – доминирует ожидание, что грядущий год окажется лучше уходящего, но уверенности в стабильности экономики и политической жизни по-прежнему заметно меньше, чем в личном благополучии.
Личные ожидания: надежда сильнее тревоги
Подавляющее большинство респондентов – 71% – полагают, что следующий год окажется лучше текущего. Ещё 13% ожидают, что он как минимум не будет хуже. Девятая часть опрошенных (9%) не ждёт каких-либо существенных изменений, а 3% настроены пессимистично и считают, что новый год окажется хуже уходящего. По сравнению с 2023 годом структура ожиданий практически не изменилась.
Наибольший оптимизм демонстрируют:
- женщины (74%);
- молодёжь до 25 лет (78%);
- более обеспеченные респонденты (76%);
- жители малых городов (до 100 тысяч жителей) – 74%;
- те, кто уверен, что страна движется в правильном направлении (77%);
- и те, кто одобряет работу президента (74%).
Среди тех, кто говорит, что «новый год будет не хуже», больше людей старших возрастов (14% среди респондентов от 40 лет и старше), а также жителей столицы (24%). Это скорее позиция осторожного реализма: «будет примерно так же, как сейчас».
Позицию «в следующем году вряд ли что-нибудь изменится» чаще выражают:
- люди 55+ (11%);
- менее обеспеченные граждане (12% среди тех, кому едва хватает на еду);
- жители сёл и малых городов (по 10%);
- те, кто считает, что страна движется по неверному пути (16%);
- и не одобряющие деятельность президента (17%).
Среди открыто настроенных на ухудшение ситуации чаще всего встречаются:
- мужчины (5%);
- наименее обеспеченные респонденты (8% среди тех, кому едва хватает на еду);
- те, кто убеждён, что страна идёт в неправильном направлении (10%);
- и не одобряющие президента (13%).
Настроение перед новым годом: максимум надежды за весь период наблюдений
Целых 76% опрошенных смотрят на наступающий год с надеждой. Это исторический максимум за весь период измерений: по сравнению с 2015 годом доля надеющихся выросла на 33 процентных пункта. Впрочем, за последние три года этот рост практически остановился, что может говорить о выходе на некий «потолок оптимизма».
При этом:
- 14% идут в новый год с тревогой;
- 7% – с ощущением неуверенности.
Чаще всего с надеждой смотрят вперёд:
- респонденты 25–39 лет (80%);
- более обеспеченные граждане (86%);
- москвичи (82%);
- те, кто считает, что дела в стране идут в правильном направлении (85%);
- одобряющие деятельность президента (81%);
- и доверяющие телевидению как основному источнику информации (86%).
Чувство неуверенности в отношении будущего чаще отмечают:
- молодёжь до 25 лет (10%);
- менее обеспеченные люди (9% среди тех, кому едва хватает на еду и одежду);
- жители села (9%);
- респонденты, считающие курс страны неверным (12%);
- не одобряющие работу президента (12%);
- а также те, кто полагается на социальные сети и телеграм-каналы как на источник информации (10% и 9% соответственно).
Таким образом, картина двойственная: доминирует надежда, но значимая часть населения испытывает тревогу и неуверенность, особенно в более уязвимых и критически настроенных группах.
Личная жизнь и семейное благополучие: ожидание спокойствия
Когда речь заходит о собственной жизни и семье, оценки становятся значительно более стабильными и менее драматичными, чем прогнозы для страны в целом. Около двух третей опрошенных (63%) уверены, что следующий год будет для них и их близких спокойным. Этот показатель устойчиво рос с 2020 года, но в последние три года практически не менялся.
Считают, что их лично и их семьи ждёт напряжённый год, 27% респондентов. Доля таких ответов с 2020 года сократилась на 20 процентных пунктов – заметный сдвиг в сторону субъективного чувства безопасности и стабильности.
Вероятность ожидать спокойного года выше у:
- молодежи до 25 лет (80%);
- респондентов со средним и более низким уровнем образования (68%);
- более обеспеченных граждан (74% среди тех, кто может позволить себе товары длительного пользования);
- тех, кто уверен в правильности курса страны (74%);
- и одобряющих деятельность президента (68%).
Напряжённый год чаще прогнозируют:
- люди старше 55 лет (32%);
- респонденты с высшим образованием (30%);
- наименее обеспеченные (45% среди тех, кому едва хватает на еду);
- считающие курс страны неверным (46%);
- и не одобряющие действующего президента (51%).
Отсюда вырисовывается важная черта общественных настроений: оценка личного будущего тесно связана с политическими и экономическими взглядами. Оптимизм в отношении курса страны почти автоматически «переливается» в уверенность в собственном завтрашнем дне, и наоборот.
Экономика: ожидание напряжённости сохраняется, но снижается
Когда разговор переходит к экономике, тональность заметно меняется. Около половины опрошенных (55%) считают, что для экономики страны следующий год будет напряжённым. Впрочем, если смотреть в динамике, страхи постепенно ослабевают: с 2020 года доля таких ответов сократилась на 15 процентных пунктов.
Параллельно растёт доля тех, кто верит в относительное спокойствие – 32% респондентов надеются, что экономическая ситуация будет более-менее стабильной. Это также рост на 15 процентных пунктов с 2020 года. То есть баланс между ожиданием кризиса и ожиданием устойчивости постепенно сдвигается в сторону умеренного оптимизма, хотя тревога всё равно доминирует.
Мнение о том, что следующий год будет спокойным для экономики, чаще высказывают мужчины и молодые люди до 25 лет. Молодёжь в целом демонстрирует большую готовность воспринимать неопределённость как норму и верить в возможность адаптации экономики к новым условиям.
Политика: доверие и тревога расходятся по линиям раскола
Хотя в приведённых цифрах основной акцент сделан на экономике и личном положении, политические ожидания тесно следуют за оценкой курса страны и отношением к власти. В среднем лишь около трети респондентов считают, что будущий год будет спокойным для политической жизни страны. Это существенно ниже уровня «личного спокойствия» (63%), и даже ниже, чем уровень надежды на экономическую стабильность (32%).
Главный раскол проходит по двум линиям:
- доверие или недоверие к текущему политическому курсу;
- одобрение или неодобрение деятельности президента.
Те, кто оценивает курс как «правильный» и одобряет президента, заметно чаще ожидают политического спокойствия и прогнозируют постепенное улучшение ситуации. Скептики и критики, напротив, склонны ждать турбулентности, конфликтов и усиления напряжения.
Личный оптимизм против общественного пессимизма
Общая картина показывает характерный для России разрыв: люди гораздо спокойнее и оптимистичнее смотрят на свою личную жизнь, чем на экономику и политику в стране. Для себя и семьи большинство видит шанс на стабильность и постепенное улучшение, тогда как на уровне государства преобладает представление о продолжении борьбы с трудностями.
Этот контраст можно объяснить несколькими факторами:
- в личной сфере у людей больше ощущение контроля – можно сменить работу, переехать, подработать, изменить образ жизни;
- экономика и политика воспринимаются как сферы, на которые повлиять трудно;
- медийная повестка часто акцентирует внимание на кризисах, конфликтах и угрозах, усиливая ощущение нестабильности в масштабах страны.
Социальное неравенство и возраст как ключевые факторы ожиданий
Практически во всех блоках опроса чётко просматриваются две линии, определяющие характер ожиданий: уровень материальной обеспеченности и возраст.
- Более обеспеченные респонденты почти во всех вопросах демонстрируют больший оптимизм: чаще верят в улучшение следующего года, ожидают спокойствия и меньше говорят о напряжённости.
- Менее обеспеченные, те, кому едва хватает на еду или базовые нужды, значительно чаще настроены пессимистично и тревожно оценивают и свой личный, и общестрановой горизонт.
Возраст добавляет ещё один важный слой:
- молодёжь чаще надеется и реже боится, даже при осознании рисков;
- старшие поколения более склонны ожидать напряжённости и меньше верить в резкие позитивные перемены.
Это создаёт потенциальный разрыв поколений в восприятии будущего: те, кому жить в 2026 году и дальше дольше всего, – в среднем оптимистичнее тех, кто уже прошёл через несколько больших циклов кризисов.
Роль информационных каналов: телевизор против соцсетей
Немаловажно и то, откуда люди черпают информацию. Доверяющие телевидению чаще смотрят в будущее с надеждой и спокойствием. Те, кто ориентируется на социальные сети и мессенджеры, заметно чаще ощущают неуверенность и тревогу.
Этот эффект можно трактовать по-разному:
- с одной стороны, разные источники транслируют разные картины мира – от успокаивающей до более критичной и конфликтной;
- с другой – люди с различной изначальной позицией сознательно выбирают удобные для себя информационные каналы, усиливая уже имеющиеся установки.
В результате информационная среда не только отражает, но и закрепляет общественный раскол в ожиданиях и настроениях.
Что означают эти ожидания для 2026 года
Плавный рост позитивных ожиданий, который наблюдался в последние три года, постепенно замедляется. Население как будто вошло в режим «устойчивого осторожного оптимизма»: большинство верит, что лично у них всё будет относительно спокойно и, возможно, немного лучше, но по поводу экономики и политики сохраняет настороженность.
Ключевые выводы можно сформулировать так:
- надежда остаётся доминирующим чувством при взгляде в будущее;
- люди сильнее верят в своё личное и семейное благополучие, чем в устойчивость экономики и политики;
- оптимизм тесно связан с уверенностью в правильности курса и одобрением власти;
- материальное положение и возраст серьёзно влияют на то, чего люди ждут от следующего года;
- общество разделено по линиям доверия к институтам и источникам информации.
Перспективы: какой запрос формируется на будущее
Набор ожиданий, зафиксированный в опросе, формирует и своего рода общественный запрос к власти и элитам:
- сохранить и укреплять личную и семейную стабильность граждан;
- снизить ощущение экономической напряжённости, особенно у наименее обеспеченных;
- уменьшить уровень политической турбулентности и конфликтности;
- дать более понятный образ будущего, который будет разделяться не только лояльными, но и скептически настроенными группами.
Если эти ожидания хотя бы частично будут оправдываться, уровень надежды и личной уверенности сохранится или даже усилится. Если же напротив – экономические и политические риски начнут резко возрастать, нынешний баланс между надеждой и тревогой может быстро сместиться в сторону пессимизма, особенно среди наиболее уязвимых и критически настроенных слоёв населения.
На данном этапе, однако, картина остаётся относительно устойчивой: россияне входят в новый год с преобладающим чувством надежды, осторожно веря в своё личное будущее и сдержанно оценивая перспективы страны в целом.
