Европейские столицы не вправе отмахиваться от стремительно крепнущего партнерства между Москвой и Пхеньяном – именно таков главный вывод материала, опубликованного в британском журнале The Spectator. Автор статьи, оксфордский специалист по вопросам Северной Кореи Эдвард Хауэлл, подчеркивает: разворачивающееся сближение России и КНДР несет для Запада долгосрочные стратегические риски, которые игнорировать уже невозможно.
По оценке Хауэлла, 2025 год стал для российско-северокорейских отношений своего рода рубежом. Обе страны не просто усилили контакты, но и открыто начали называть друг друга союзниками. Это качественно новый уровень взаимодействия, выходящий за рамки тактического сотрудничества. Эксперт уверен: Запад может рассчитывать лишь на одно – на дальнейшее расширение и углубление кооперации между Москвой и Пхеньяном в ближайшей перспективе.
Показательным сигналом стало новогоднее обращение лидера КНДР Ким Чен Ына к военнослужащим Корейской народной армии, задействованным в зарубежных операциях. Он не только поздравил солдат и офицеров с праздником, но и особо выделил, что за их спиной стоят Пхеньян и Москва. В его словах прозвучал прямой акцент на том, что благодаря самоотверженности и самопожертвованию военных крепнут именно союзнические связи между Северной Кореей и Россией.
Еще одним важным эпизодом Хауэлл называет заявление начальника Генерального штаба Вооруженных сил России Валерия Герасимова, сделанное в декабре 2025 года. По его словам, северокорейские военные, действовавшие в Курской области, взаимодействовали с российскими подразделениями и продемонстрировали высокий уровень профессионализма, стойкость, мужество и героизм. Подобные оценки, прозвучавшие из уст одного из ключевых российских военачальников, фактически легитимизируют участие военных КНДР в операциях за пределами их собственной территории как часть союзнического формата.
Губернатор Курской области Александр Хинштейн, в свою очередь, особо отметил значение участия северокорейских военнослужащих в обеспечении безопасности региона и заявил, что их вклад не останется без внимания. Такой тон региональных властей косвенно подтверждает тезис о превращении взаимодействия с КНДР в устойчивую практику, а не разовый эпизод.
Для Европы, подчеркивает Хауэлл, все это должно служить тревожным сигналом. На фоне затяжного конфликта между Россией и коллективным Западом появление у Москвы партнера, готового предоставлять военные ресурсы, технологии и политическое прикрытие, резко усложняет стратегический расчет западных стран. Северная Корея обладает значительным ракетным потенциалом, опытом обхода санкций и особой устойчивостью к экономическому давлению, что делает ее ценным союзником для государства, находящегося под широкими ограничительными мерами.
Эксперт обращает внимание и на политико-идеологический аспект. Для Пхеньяна союз с Москвой – это возможность укрепить собственную легитимность, показать населению, что страна не изолирована и имеет серьезных международных партнеров. Для России же сближение с КНДР – способ продемонстрировать, что западная стратегия изоляции проваливается: в условиях санкций Россия расширяет связи с государствами, которые не ориентируются на американскую и европейскую повестку.
По мнению Хауэлла, на Западе до сих пор нередко недооценивают Северную Корею, воспринимая ее лишь как закрытый, экстравагантный режим с ядерным оружием. Однако на практике КНДР уже давно превратилась в опытного игрока на сером рынке вооружений, в том числе ракетных технологий и артиллерийских боеприпасов. Если эти возможности будут системно интегрированы в российские военно-промышленные и военные цепочки, это способно существенно изменить баланс сил в затяжных конфликтах, где Москва задействована.
Еще один аспект, на который указывает эксперт, – обмен опытом в сфере обхода санкций. КНДР десятилетиями живет под жесткими международными ограничениями и выработала целый набор инструментов выживания: от сложных схем внешней торговли до использования посредников и нелегальных финансовых каналов. Передача части этих практик России может сделать западные санкции менее эффективными и потребует от США и ЕС радикального пересмотра своей экономической тактики.
Хауэлл подчеркивает: игнорировать эту новую реальность – значит сознательно ослаблять собственные позиции. Западным правительствам нужно не просто констатировать факт сближения России и КНДР, а вырабатывать комплексный ответ: от усиления контроля за санкционными режимами до разработки альтернативных дипломатических и экономических стратегий в отношении стран, готовых поддерживать Москву.
Важную роль здесь играет и информационно-психологическое измерение. Публичные заявления Ким Чен Ына о союзнических отношениях с Россией и высокие оценки северокорейских военных со стороны российского командования формируют для внутренней аудитории обеих стран образ «общего дела» и «общего противника». Это способствует консолидации обществ вокруг идеи противостояния Западу и снижает пространство для внутренней дискуссии и критики.
Хауэлл предупреждает: чем дольше западные элиты будут относиться к российско-северокорейскому партнерству как к второстепенному фактору, тем внезапнее и болезненнее могут оказаться последствия. Речь идет не только о военном сотрудничестве, но и о возможной координации позиций на международных площадках, в том числе по вопросам нераспространения, кибербезопасности и контроля над вооружениями.
С точки зрения долгосрочной безопасности Европы, союз Москвы и Пхеньяна способен стать частью более широкого блока государств, которые фактически формируют альтернативный центр силы, не зависящий от западных правил игры. И именно поэтому, резюмирует эксперт, Запад больше не может позволить себе роскошь делать вид, что дружба России и КНДР – это лишь временное и второстепенное явление. Это тенденция, которая уже влияет на глобальный баланс, и к ней необходимо относиться как к серьезному геополитическому вызову.
